Ох. Головаааааааа... :-)

Лучше бы я в детстве умер.

С добрым утром, любимые!

Тянет просто и вульгарно напиться. Вопрос, с кем.

В последнее время меня прямо- таки достали мои ОЧЕНЬ хорошие знакомые своей гомофобией.

Что вам сделали голубые? Ладно бы они детей ели или там домашних животных, так нет ведь, живут себе спокойно и просто хотят права жениться. Недавно Керри (кандидат в президенты США) заявил что он "всегда был за равноправие, но против однополых браков"

Это как "Я не расист, но негров, евреев и китайцев ненавижу". Теперь еще сосед разжигает рознь, а седня Петрович порадовал рассказом о том как его несчастный пидераст попросил помочь стол собрать.

Мужик за прикручивание 8 гаек заплатил 40$, позвал на бесплатное пиво, и после того как Петрович отказал довез его до дома! Вот вам бы девушка отказала, вы бы нашли в себе силы ее до дома довезти?

Ну если человеку с детства нравятся мальчики а не девочки? Если он не трепется в корридоре: "О глянь какие у нее батоны!", ну какое кому дело? Не знаю, у нас на работе есть один товарищ - лучший постдок лаборатории, никогда никаких закидонов, никаких психозов.

Да и в общем не знаю ни одного голубого о котором у меня были бы основания сказать плохое слово. Зато знаю много 'нормальных' которых иначе как пидерасами назвать язык не поворачивается.

Ваши мнения? Мне лично приятно иметь общение со здравомыслящим человеком. :)

Настроеньице: обрадованное
Музычка:: "Колибри"

Возле нашей лесосеки проходили гомосеки.
Говорили гомосеки: «будем жить, как древни греки»
Всем ребятам с лесосеки полюбились гомосеки,
И остались гомосеки в лесосеке жить навеки!

Украіна іде до Європи,
Щоб віддатися ій на поталу,
І іі громадян там ухоплять
За все те, за що ще не хапали.
Нас ведуть у Європські манівці,
І вже маємо перші ознаки:
Вже у нас не вбивають на місці
Тих мужчин, що кохаються раком.

Видно нам не втікти від напасті -
Цю Європу вже чути усюди:
Хто раніше були п**ерасти,
Ті тепер, виявляється, - люди…

Украіні нагнули вже спину
І терпимість уводять невпинно:
Вже від нині не є в Украіні
Голубих, що забиті камінням.

Вже народу протести умовкли,
Домінують моральності "іхні",
І заводи не роблять спецголки
Для пхання трансвеститам під нігті.

В наших школах тепер содоміти
Роблять збоченців з першого класу,
І вже в ігри не граються діти,
Як колись - "В арештуй підораса".

І в газетах і в телеекрані -
Прав людини гидкі апогеі:
До північчя від самого рання
Нас навчають гуманності геі.

У Європу нас тягнуть за шкіру,
Щоб віддать сатані на поталу,
І гниття підхопили вже вірус
Ми з блакитного цього порталу.

І ні звідки не видно спасіння,
Знати бути новому потопу,
Крок за кроком, відчутно й невпинно
Украіна іде у Европу…

« ...родившись, любая женщина сразу закатывает истерику. Она кричит как полоумная, воет как белуга. Люди носят ее на руках, сюсюкают, пуськают, тетехают и тютитюкают. А она знай себе орет как ненормальная. Глаза навыкате, руки дрожат: а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! А-а-а-а-а-а-а-а-! Ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы! Подите все от меня-а-а-а-а-а! Ы-ы-ы-ы-ы-ы!

Устав кричать, женщина начинает делать себе маникюр. Это единственное занятие, которое может отвлечь ее от истерики. Если женщина не кричит и не делает маникюр, значит, она выщипывает брови. В среднем, женщина тратит на маникюр семнадцать лет, восемь месяцев, три дня, сорок семь минут и двадцать секунд своей жизни. Остальное время она кричит и выщипывает себе брови.

Трудность, однако, в том, что жизнь сложнее и дольше. Поэтому женщине приходится худеть и толстеть. Нет ни одного существа на белом свете, которое могло бы худеть и толстеть. Цветы – пахнут, деревья – гнутся, птички – свистят, солнце – светит. Женщина же постоянно худеет и толстеет, и это доводит ее до исступления.

Она говорит:

– Господи, кажется, я потолстела. – И закатывает истерику.

Когда вы пытаетесь успокоить женщину и говорите, что она вовсе не потолстела, а даже как-то похудела, она говорит:

– Господи, как же я похудела! Смотреть не на что! – И закатывает истерику.

Если женщина не бьется в истерике, не делает себе маникюр, не выщипывает брови, не худеет и не толстеет, значит, она потеряла стыд и совесть. Это значит, она открыла шкаф, стоит перед зеркалом голая и говорит:

– Так. Мне совершенно нечего надеть. В чем я теперь пойду?

Это не значит, что она куда-то собралась. Просто у нее нет ни стыда, ни совести. Впрочем, некоторые специалисты утверждают, что время от времени стыд и совесть у женщины все-таки появляются. Но это означает только то, что у нее начались критические дни. В критические дни женщина ведет себя иначе. Она не открывает шкаф, не стоит голая, не худеет, не толстеет, не делает себе маникюр и не выщипывает брови. В критические дни она просто кричит. Истошно, без стыда и совести, как белуга. Таких дней в месяце примерно семь. Однако их особенность в том, что есть еще дней десять отчаянья перед критическими днями и примерно столько же после. В течение этого непростого времени женщина не желает ничего знать. Относиться к этому следует с пониманием. Для того, чтоб что-нибудь знать, надо иметь мозги, стыд и совесть. А у женщин их нет.

Следует, впрочем, заметить, что в перерывах между критическими днями, маникюром, выщипыванием бровей, худением, толстением, стоянием перед зеркалом и истерикой у женщины остается немного свободного времени. Как правило, она использует его, чтобы позвонить по телефону. Когда женщина звонит по телефону, она обязательно дозванивается и спрашивает: «Ты где?» Вне зависимости от ответа женщина сразу начинает закатывать истерику и жаловаться, что ей нечего надеть, она исхудала, забыла, когда в последний раз делала маникюр, у нее скоро критические дни и она не желает ничего знать, поскольку у вас нет ни стыда, ни совести и думаете вы неизвестно чем. То есть известно, чем. Черт-те чем...»

© litfond@gazeta.ru, к сожалению, не знаю автора.

...и всю ночь читать френдленту...